January 22nd, 2011

Бакинское (Ивантеру)

Алексей Ильич Ивантер:


В том городе южном – каштаны, платаны, оливы,
Турецкие бани, и нефтью воняло с залива
В базарном, бульварном, коварном, советском и светском,
Кипящем внутри азари, полудиком и детском –
У сонных знакомых на длинных балконах бельишко,
По душным дворам, Амирам, и бакинская «Вышка»,
И ночи босые у ребе под небом кромешным,
И маленький сын мой во чреве любимом и грешном –
Не в городе южном с дроздом на поющей оливе,
С турецкою баней и вышками в грязном заливе –
Хранится всё это с зирою, шафраном и перцем
За банковской дверцей еврейского странного сердца…
http://www.stihi.ru/2007/07/03-797

Я:
Когда прогибаются мачты баиловских сосен,
И утренний холод летит на проспект Шаумяна,
Когда начинается жизнь и кончается осень,
С обветренных щёк Молоканки стирая румяна,
И с пристани ветхой туристы садятся на катер,
А ты, рядовой,  на стакан, потому что накатит.

Эй, помнишь бульвар, тополиный, засыпанный ватой,
И норд, налетавший на улицы с пением диким,
И чёрные крыши Кубинки? Ты помнишь, Ивантер?
Какие тебе ещё пальмы, какие гвоздики,
Какие медовые тучи над Новым Базаром,
Над Вечным Жидом, а вернее, над вечным Хазаром?

Неплох был тот рай немудрящий в преддверии бучи,
Как сладкая вата на площади с древним поэтом,
Напишешь, отправишь себе, и ответ не получишь,
И, в общем, без разницы, что ты расскажешь об этом -
В заснеженном поле, у склона, где вянут рябины,
С еврейским акцентом, чуть слышным и неистребимым
http://www.stihi.ru/2010/04/29/675

Андрей Ханжин, заключенный поэт

Несколько слов о литературе
Сегодня, 21 января, ровно 9 лет, как я пишу из-за решетки.
Ровно 9 лет я описываю то, что вокруг меня, и то, что происходит в моей душе.
У меня нет какого-то единого магистрального убеждения, поэтому моя литература противоречива и субъективно правдива.
Субъективная правдивость во все времена называлась инакомыслием.
Как инакомыслящего, меня, мягко говоря, терпеть не могут «мыслящие вместе».
Я отбываю срок за убийство, как мог бы отбывать его любой из вас, имеющий достоинство и оказавшийся 9 лет назад на моем месте.
Но я не обезьяна с гранатой и не полоумный с бритвой.
Я занимаюсь литературой.
Больше я ни к чему не предназначен.
Но я буду сидеть именно за литературу.
Если я доживу до конца срока, мне, видимо, добавят новый.
За литературу.
Других причин отказать мне в свободе нет.


ЕСЛИ НЕ ТРУДНО - ДЕЛАЙТЕ ПЕРЕПОСТЫ, ПОЖАЛУЙСТА. ЭТО ВАЖНО.
http://khanjin-andrey.livejournal.com/282675.html
Отравы мне!
Глоток чумы
Во время пира на могиле
Страны, в которой спалим мы
Свои пергаментные крылья.
Страны, где, корчась, Пугачев
Молился колокольным пушкам.
Души, что Чеховым – врачом
Лечила приступы удушья.
Любви, откуда растеклась
Тоска по роще Академа.
Отравы мне!
Чтоб пелось всласть,
Чтоб бился врубелевский демон
Копытом в поднятую бровь
Богоявленского собора,
Где Ганнибал бессмертных строф
Увидел призрак Коммандора.
Отравы, девка!
Темноты,
Где меркнут всполохи искусства,
Где звезд разинутые рты.
Окно.
Мерцающая люстра.
Тетрадь.
Последняя тетрадь –
Как плац под медным властелином,
Где мы учились умирать,
Чтобы в беспамятстве не сгинуть.