October 23rd, 2013

Дело гитлера живёт

Я думаю, что антифашисты правы. Даже самые гротескные. Даже те, что выглядят пародией на самих себя. Даже негры антифашисты, даже исламисты-антифашисты-сутенёры, торгующие героином. Даже чокнутые самоненавистники в красных кедах, палестинских платках и с нататуированной на жопе Анжелой Дэвис.
И фашисты тоже правы. Те, кто слушает германские марши, качается батареями в подвалах, накалывает скелеты, символы СС и орлов на пустых своих головах. В чём они правы?
В одном. В том, что дело Адольфа Гитлера живёт. А оно ведь действительно живёт. "Богемский барабанщик" может радоваться. Его труды по сей день сильнейше влияют на нашу жизнь и угрожают нашему будущему.

Дело Гитлера живёт потому, например, что свастика запрещена. Он навсегда закрепил за собой древнейший символ многих народов мира. Свастика запрещена. потому что принадлежит ему.
Дело Гитлера живёт, потому что мы не можем сказать, увидев предметы дегенеративного искусства: "это искусство дегенеративно". Дегенеративного искусства якобы нет. Уродства, жульничества, профанаций, сварганенных по предварительному сговору группой лиц - якобы нет. Мы теперь не можем назвать то или иное - дегенеративным. Эти слова принадлежат Гитлеру. Он велел нам теперь любить Ротко, любить Гельмана, любить Файбисовича, любить Альберта. Гитлер лишил нас дара речи.
Дело Гитлера живёт, потому что официальная литература в той же России стала рассадником мерзкого мозгового сифилиса, скуплена на корню, стала действительно проституткой, выродилась до ничтожества, до собачьего лая, всё талантливое и живое выброшено на периферию, но если ты скажешь об этом во всеуслышание, то залают, заверещат те, чьим голосом говорит теперь Гитлер.
Дело Гитлера живёт, потому что мы не можем сказать "моя родина", "моя нация", "моя религия", "мой город", "моя национальная эстетика", "мои национальные приоритеты".
Дело Гитлера живёт, потому что защита своего дома, своей среды, своей культуры, своего пространства от всего чужеродного - ныне считается отвратительным проявлением расизма.
Дело Гитлера живёт, потому что нас всех снова впихивают в один огромный интернациональный барак, обезличивают, лишают индивидуальности, совести и прошлого.