October 27th, 2016

О Солженицыне

Исаич этот пресловутый мало что паяц был, каких поискать (вообще, не будь он паяцем, не полюбился бы так в своё время растленной графомано-лицедейской внутримкадной плесени). В частности, его фотографии из Вермонта, где исаич стоит, засунув ладони под поясок, в подражание графу, или изображает рубку дров, замахиваясь типичным американским, линкольновским топором, с изогнутым топорищем, причём, держа его за краешек, как залупу - дорогого стоят.
А сын его игнат, которого бородатый шельмец всеми правдами и неправдами толкал в великие пианисты, чего стоит? Энергичная жинка, детки-пройдохи, и, конечно, сам нобелиат, лоснящийся клоун, с роскошной мандой от носа до пояса - картина, чтобы проблеваться, не иначе.
Исаич этот отражает два явления сразу. 1) сервильный, лакейский культ нобелевской премии, который зрел в советские годы, и вызрел изрядным гнойником уже после распада СССР. Культ "признания на Западе", одобрения у "международной общественности", у, как говаривали штатные пропагандисты брежневской эпохи, "пгоггесивного человечества"! Конечно, столько лет говорилось, что совестливое и мудрое человечество что-то там в своём чреве вынашивает - то ли великую истину, то ли мировое добро, и как тут было не уверовать в то, что - именно человечество, включая миллионы негров, не умеющих читать, и миллиарды занятых выживанием китайцев и индусов, награждает, а не дюжина толстосумов-долгожителей, похожих на упырей.
(Кстати, вот удивительная вещь - абсолютная неэффективность советской экономики, с её тотальным дефицитом всего, и нобелевская премия, выданная советскому экономисту Канторовичу, как вообще коррелируют? Как он там написал? Неужто "между строк", как велел читать советские книги то ли войнович, то ли шендерович, не помню уж, кто именно? Или просто-напросто похвалил акул капитала с Уолл-стрит, а нам про это не рассказали?
Ну и, конечно, исаич отражает второе глубокое явление, древнее и неизжитое со времён царской России - это уверенность начальства в том, что начальство всё лучше знает, и обязано просвещать свой народ, вести с ним воспитательные беседы. Как правило, на каком-то адском волапюке
"Солженицын есть писатель великий русский гениальный" - сказало начальство, и принялось строить солженицын-центры, в которых интеллигентные одутловатые старушки рассказывают, как этот самый чёртов исаич кормил деток ирисками, любил котэ и прятал паникадило от большевиков.
"Да он нам в хер не всрался, его же читать невозможно, помилуйте"!
"Солженицын есть писатель великий русский гениальный"
Так и живём.

По следам Адагамовского трогательного "рыжика"

Про татарского лакея рукопожатного внутримкадного говна всё говорят его тексты - мы знаем, что Сталин умер в 53-м, а вот у адагамова "антисталинское восстание" в 56-м.
Но, как можно понять, всё тут довольно сложно.
В Венгрии совершенно адский культ т.н. "венгерской революции" 1956 года. Сам главный мятежник Надь, его сторонники и все, кто погиб в ходе подавления мятежа - объекты гипертрофированного обсасывания и поклонения, Надь там превратился чуть ли не в "дедушку Имре" который приносит детишкам подарки на рождество.
Всё это чисто по-восточноевропейски, глухо-провинциально.
Тут показателен антироссийский культ "еврейской девочки" Селеш, которая погибла во время подавления восстания - Селеш эту в Венгрии надувают ныне до невероятных размеров, в англо-саксонской, и вообще - западной литературе из неё сделали вторую Анну Франк.

Вообще, вся история Венгрии 20-го столетия - это история противостояния мадьяр и ашкеназов. После того, как в результате крушения Австро-Венгерской империи Венгрия приобрела независимость, (венгры множество раз эту независимость пытались с оружием в руках получить, но их давили нещадно, а тут, как раз тогда, когда они получили в империи особые права и им стало комфортно в ней - империя рухнула) вдруг вышел целый ряд проблем.
1) венгры занимавшие огромную площадь, на большей части своей области не являлись большинством - и, после получения независимости, от территории старой Венгрии королей остался огрызок даже без выхода к морю. Венгры потеряли не только свою старую столицу Пожони, ставшую Братиславой, но и целиком Трансильванию - область, на которой предки венгров впервые осели ещё в раннем Средневековье, у них не осталось даже кусочка Карпат, считавшихся всю дорогу венгерскими горами.
2) будучи имперским народом, венгры служили в армии и работали на полях, на заводах и верфях. Вся интеллектуальная жизнь, все газеты и реальная экономика оказалась в руках ашкеназских евреев, составлявших большинство горожан в той области, которая осталась венгерской. Ашкеназские евреи пытались своё доминирование воплотить в реальную власть, став движущей силой коммунистического восстания, известного, как Венгерская советская республика. По идее, коммунистические лозунги это был единственный легальный способ прихода евреев к власти. Революцию подавили силами венгерских монархистов, а к власти пришёл адмирал Хорти и консервативные ветераны кайзеровской армии, все - антисемиты. Среди венгерских евреев были очень распространены левые взгляды, многие из них приняли участие в гражданской войне в Испании и т.д.
Венгры же становились всё правее и правее. Во время войны Венгрия стала одним из самых преданных союзников Гитлера, в войне против СССР погибло 800 000 венгерских солдат, а во время Холокоста, руками венгров (в меньшей степени - немцев) было уничтожено полмиллиона венгерских евреев. Оборона Будапешта от советских войск была операцией, поглотившей больше сил и средств Красной Армии, чем оборона любого немецкого города, кроме Берлина.
Неудивительно, что после войны власть в Венгрии, под коммунистическими лозунгами, перешла в руки сильно поредевшей еврейской общины. Антисемитизм венгров никуда не делся, да и управлявший Венгрией коммунист Ракоши (который, был, конечно, никакой не Ракоши, а вполне себе Розенфельд) сделал буквально всё, чтобы венгры любовью к ашкеназам так и не воспылали. Обожавшего Сталина Ракоши свергли после 20-го съезда, и главой страны стал старый агент НКВД Надь, так вот, пользуясь т.н. "оттепелью" Надь попытался ловко выдернуть венгров из-под Кремля (Надь знал, что в окружении Хрущёва есть деятели, готовые из Венгрии уходить). Но Хрущ понял, что в условиях глобального противостояния место русских займут американцы, и ввёл войска - случилось т.н. подавление Венгерского восстания - незначительная по жертвам и разрушениям военная акция.

Венгры не могут себе позволить воспевать оборону Будапешта 1945 года, когда ими командовали военные преступники, позже оказавшиеся на виселице, и погибло только военных 120 000 человек, и поэтому громким хором воспевают смехотворный мятеж 56-го года.
Венгры не могут себе позволить полноценное покаяние за погромы конца войны, и отправку сотен тысяч людей в лагеря смерти - поэтому "делают приятное" ашкеназам, воспевая "героиню Селеш" - несчастную сироту, отца которой убили немцы, мать - устраивала личную жизнь, шляясь направо и налево, а оставленная без присмотра девочка, видимо, пошла по рукам, и со своими венгерскими приятелями оказалась на баррикадах - в чужой стране, среди чужих людей.
Вот и вся печальная история.

Немного слов к солженицынской годовщине

Ждём свистопляски и воплей о "гении", "великом русском писателе" и "мыслителе" из каждого утюга!

Исаич этот пресловутый мало что паяц был, каких поискать (вообще, не будь он паяцем, не полюбился бы так в своё время растленной графомано-лицедейской внутримкадной плесени). В частности, его фотографии из Вермонта, где исаич стоит, засунув ладони под поясок, в подражание графу, или изображает рубку дров, замахиваясь типично американским, линкольновским топором, с изогнутым топорищем, причём, держа его за краешек, как залупу - дорогого стоят.
А сын его игнат, которого бородатый шельмец всеми правдами и неправдами толкал в великие пианисты, чего стоит? Энергичная жинка, детки-пройдохи, и, конечно, сам нобелиат, лоснящийся клоун, с роскошной мандой от носа до пояса - картина, чтобы проблеваться, не иначе.
Исаич этот отражает два явления сразу. 1) сервильный, лакейский культ нобелевской премии, который зрел в советские годы, и вызрел изрядным гнойником уже после распада СССР. Культ "признания на Западе", одобрения у "международной общественности", у, (как говаривали штатные пропагандисты брежневской эпохи, не оперировавшие больше понятиями мировой революции и пролетариата), "пгоггесивного человечества"! Конечно, столько лет говорилось, что совестливое и мудрое человечество что-то там в своём чреве вынашивает - то ли великую истину, то ли мировое добро, и как тут было не уверовать в то, что - именно человечество, включая миллионы негров, не умеющих читать, и миллиарды занятых выживанием китайцев и индусов, награждает, а не дюжина толстосумов-долгожителей, похожих на упырей.
(Кстати, вот удивительная вещь - абсолютная неэффективность советской экономики, с её тотальным дефицитом всего, и нобелевская премия, выданная советскому экономисту Канторовичу, как вообще коррелируют? Как он там написал? Неужто "между строк", как велел читать советские книги то ли войнович, то ли шендерович, не помню уж, кто именно? Или просто-напросто похвалил акул капитала с Уолл-стрит, а нам про это не рассказали?

Ну и, конечно, исаич отражает второе глубокое явление, древнее и неизжитое со времён царской России - это уверенность начальства в том, что начальство всё лучше знает, и обязано просвещать свой народ, вести с ним воспитательные беседы. Как правило, на каком-то адском волапюке
"Солженицын есть писатель великий русский гениальный" - сказало начальство, и принялось строить солженицын-центры, в которых интеллигентные одутловатые старушки рассказывают, как этот самый чёртов исаич кормил деток ирисками, любил котэ и прятал паникадило от большевиков.
"Да он нам в хер не всрался, его же читать невозможно, помилуйте"!
"Солженицын есть писатель великий русский гениальный"
Так и живём.