Амирам Григоров (amiram_g) wrote,
Амирам Григоров
amiram_g

Categories:

ПОБЕГ ИЗ СОБИБОРА

или Ростов не помнит своих героев.
Имя Александра Печерского – предводителя единственного удавшегося восстания в концлагере в годы Великой Отечественной войны – известно во всём мире. О нём написаны книги и снят фильм за рубежом с голливудскими  звёздами в главных ролях. И только на родине герой, так и не получивший этого звания, прошёл все круги ада:  он побывал в сталинских застенках, воевал в штрафном батальоне; после войны потерял работу и до конца жизни КГБ следило за ним. Сегодня, по словам Натальи Вурста руководителя музея Катастрофы, многие жители нашего города не только не чтят его, но даже и не знают о том, что Печерский всю жизнь прожил в Ростове-на-Дону.
 

В Ростов-на-Дону семья Печерского переехала с Украины во время первой мировой войны. Сын еврейского адвоката, Александр с детства проявлял свои таланты: успешно учился музыке, участвовал в самодеятельности, писал. При новой власти он с семнадцати лет пошёл работать электриком на паровозоремонтный завод,  а с самого начала Великой Отечественной войны  мобилизовался в действующую армию, и уже осенью 1941 года воевал под Вязьмой. Там Печерский совершил свой первый подвиг  –  вынес смертельно раненного комиссара из вражеского окружения.

Провоевал Александр недолго, в октябре того же 1941 года его часть практически полностью была взята в плен. С этого момента и начались мытарства Печерского. Сперва он попал в лагерь военнопленных, затем его как физически крепкого мужчину перевели в рабочий лагерь. Некоторое время он провёл там, пока на одном из медосмотров не выяснилось, что он является евреем. В конце сентября 1943 года Печерского отправляют в лагерь смерти Собибор.

Детище Гимлера

Специальный лагерь для уничтожения евреев и цыган, на территории Польши был построен по личному указанию Гимлера. Ближайший соратник Гитлера даже несколько раз лично посетил своё детище. Постройка Собибора являлась типичной для таких мест и условно состояла из трёх лагерей: в одном находились заключённые для работы (туда и попал Печерский), второй  –  место сортировки вещей тех, кто был убит, третий  –  само место уничтожения людей. Происходило это в газовых камерах, замаскированных под обычные бани. В некоторых источниках приводятся такие данные: ежедневно через Собибор проходило около восьми тысяч человек  –  евреев, собранных по всей Европе, большая часть из них уничтожалась. Теперь трудно судить о достоверности этой информации. По воспоминаниям Печерского, страшные крики женщин, детей каждую ночь не давали ему заснуть. Эти крики он уже никогда не мог забыть, просыпался от них по ночам.  Печерский поступил в лагерь вместе с двумя тысячами советских военнопленных. В живых из них эсэсовцы оставили всего восемьдесят человек, и то лишь потому, что те владели профессией плотника. Буквально с первого же дня пребывания в лагере Александр заставил других уважать себя. Произошло это так.  

Во время работы пленный голландец не смог разрубить пень топором. Эсэсовец жестоко избил его, потом наугад вызвал из толпы Печерского. Он приказал пленному снести пень, дав времени пять минут. За это фашист обещал Александру пайку хлеба. Печерский снёс пень, разрубив его буквально в щепки, но от хлеба и милостиво предложенной пачки сигарет наотрез отказался. Поступок вызвал удивление и восхищение. Какая же сила воли была у этого русского, если он не взял хлеб, в то время как другие умирали от голода! Пожать руку Сашко  –  так называли его пленные – подходили многие.
В лагере существовал подпольный комитет, который задумал организовать восстание и побег. Возглавлял комитет Леон Фельдгендлер. Но и сам Леон, и его соратники были глубоко штатскими людьми и осуществить восстание они, конечно же, не смогли бы. Но вот прибыл эшелон из Минска. Среди военнопленных Печерский выделялся и ростом, и статью, и уверенностью в поведении, да и сами военнопленные обращались к нему, как к командиру. Фельдгендлер подошёл к Печерскому и заговорил с ним на идише, но тот его не понял. Однако Леон, как большинство польских евреев, мог изъясняться по-русски, так что языковый барьер удалось преодолеть. Что касается других старожилов Собибора, то общение Печерского с ними происходило с помощью Шломо Лейтмана, прибывшего тоже из Минска. 
  Франц Штангль, комендант Собибора (а позднее – комендант Треблинки), во время суда над ним так ответил на вопрос, сколько человек могло быть убито за один день: «По вопросу о количестве людей, пропускаемых через газовые камеры за один день, я могу сообщить, что по моей оценке транспорт из тридцати товарных вагонов с тремя тысячами человек ликвидировался за три часа. Когда работа продолжалась около четырнадцати часов, уничтожалось от двенадцати до пятнадцати тысяч человек. Было много дней, когда работа продолжалась с раннего утра до вечера».
 Всего за время существования лагеря, в нём было уничтожено более 250 тысяч евреев, из них около сорока тысяч детей. Что касается 600 военнопленных, прибывших из Минска, то ко дню восстания в живых оставалось из них лишь 83. Та же участь ждала и остальных, поэтому Печерский спешил, идя на смертельный риск: достаточно было хоть одному человеку донести немцам о готовящемся восстании, и все в тот же день были бы уничтожены. Но предателя не нашлось…
 

Любовь в экстремальных условиях

В тот же вечер ему предложили вступить в подполье лагеря Собибор. Но Александр отказался, опасаясь провокации. Через несколько дней, убедившись в своей ошибке, он принял решение. Условием, выдвинутым Печерским, стала организация побега для всех заключённых, а не только оргкомитета. Бежать группой, безусловно, было бы легче, но крики по ночам не давали покоя Печерскому. Тем более, что в это время уже шёл перелом в войне, и со дня на день фашисты могли стереть лагерь с лица земли, вместе со всеми его заключенными.

Существовало и ещё одно обстоятельство лирического плана. В лагере евреев и цыган, приготовленных для уничтожения, Печерский встретил свою любовь. Люку  –  дочь немецкого еврея, арестовали в Нидерландах. Они полюбили друг друга. Накануне восстания девушка подарила Александру самое дорогое, что у неё осталось, – рубаху своего отца. Он хранил её как зеницу ока всю свою жизнь.  

Печерский внимательно изучил территорию лагеря и вместе с другими заговорщиками разработал план побега. Показателен тот момент, что в Собиборе Александр пробыл всего 22 дня. За это время он успел возглавить и удачно провести восстание.

Жадность фрица сгубила

Восстание было назначено на 14 октября. Вот что рассказывает об этом Семён Розенфельд, один из советских военнопленных: « В полдень Печерский меня позвал и говорит: „Сюда после обеда должен прийти Френцель, комендант первого лагеря. Подбери хороший топорик, наточи его. Рассчитай, где Френцель будет стоять. Ты должен убить его. “ Я, конечно, приготовился. Мне было двадцать лет, и я не был такой уж герой, но убить Френцеля – справлюсь»… Судьбе было угодно распорядиться так, что Семён Розенфельд штурмовал Берлин и оставил на рейхстаге надпись: «Минск – Собибор – Берлин»…

Лагеря смерти 

Начальник лагеря гауптштурмфюрер Иоганн Нойман прибыл в портняжную мастерскую на двадцать минут раньше срока. Он слез с лошади, бросил поводья и вошел. Там были, кроме мастеровых, Шубаев и Сеня Мазуркевич. У дверей лежал топор, прикрытый гимнастеркой. Нойман снял мундир. Пояс, на котором висела кобура с пистолетом, он положил на стол. К нему поспешил портной Юзеф и начал примерять костюм. Сеня подошел ближе к столу, чтобы перехватить Ноймана, если он бросится за пистолетом. Убить топором немца должен был Шубаев, такого же высокого роста, как и Нойман. Нойман все время стоял лицом к Шубаеву. Тогда Юзеф повернул немца лицом к двери под предлогом, что так лучше делать примерку. Шубаев схватил топор и со всего размаха хватил Ноймана обухом по голове. Из нее брызнула кровь. Фашист вскрикнул и зашатался. Вторым ударом Шубаева Нойман был добит. Труп его бросили под койку в мастерской и закидали вещами. Залитый кровью пол быстро засыпали приготовленным заранее песком, так как через пятнадцать минут должен был прийти второй фашист. 

  «Тотчас же Шубаев схватил пистолет Ноймана и принес мне,- вспоминал Печерский.- Я обнял его. Все утро я страшно волновался, хотя всячески старался скрыть это. Но как только я узнал, что немцев уничтожают и план выполняется, сразу успокоился».

  Ровно в четыре часа штурмфюрер Геттингер явился в сапожную мастерскую и спросил, готовы ли его сапоги. И когда он сел примерять, Аркадий Вайспапир одним взмахом топора зарубил его. В десять минут пятого в сапожную зашел штурмфюрер Иоахим Грейшут. Он тут же был убит Лернером. Цибульский со своей группой уничтожили во втором секторе четырех фашистов. После этого он пошел к унтершарфюреру Зигфриду Вольфу и сказал, что имеется хорошее кожаное пальто. Пока его никто не взял – пусть он пойдет и заберет. Вольфа уничтожили и тоже спрятали среди вещей замученных людей. Той же дорогой последовали еще два фашиста. Но с четвертым оказалось труднее, он находился в конторке, где стоял несгораемый шкаф с награбленным золотом. Цибульский понес драгоценности в контору штурмфюрера Клятта, делая вид, что хочет передать ему дневную добычу, найденную в карманах убитых. Фашист подозрительно насторожился, но Цибульский вскочил на него и начал душить, тут же подскочили остальные. 

Может возникнуть вопрос, как это удалось так легко ликвидировать эсэсовцев? Ответ прост: им даже в голову не приходило, что евреи способны к организованному сопротивлению, они же не считали их за полноценных людей, вот и поплатились. Но главное, восстание организовал кадровый военный и участвовали в нём на первом, самом сложном этапе тоже военные, успевшие, как говорится, понюхать пороху. 
По сигналу заключённые построились в колонну, авангард которой составляли советские солдаты.

В считанные минуты пленники захватили оружейный склад, отключили электричество, повредили телефонную связь и сигнализацию. После этого, перерезав проволоку ограждения вокруг лагеря, они бросились в разные стороны. Последними, по словам выживших очевидцев, лагерь покидали организаторы восстания. Свою возлюбленную Люку во время восстания Печерский потерял. Позже он пытался найти её, и до самого дня смерти не терял надежды, но больше увидеться им не довелось.

Из 670 человек, бежавших из Собибора, 130 погибли при побеге, 140 были схвачены и расстреляны позже. Спастись удалось примерно четырём сотням. К концу войны доподлинно известно лишь о шестидесяти оставшихся в живых. Тем не менее, восстание Печерского явилось единственным удачным за все годы второй мировой войны. Сразу после побега заключённых лагерь был закрыт и стёрт с лица земли. На его месте немцы засадили капустное и картофельное поле. Скорее всего, если бы не восстание и побег, никто никогда и не узнал бы, что в том месте находился лагерь смерти. Только воспоминания выживших пленных свидетельствовали об этом. При более тщательной проверке, обнаружились следы концлагеря: зубные протезы, детский молочный рожок, кукла с вывернутыми ручками, документы, еврейский молитвенник – всё, что осталось от людей, населявших лагерь. Сегодня на этом месте растёт лес, и только табличка с названием Собибора напоминает об ужасах фашистских зверств. 

Смыть только кровью              

А в октябре 1943 года Печерский больше недели блуждал по оккупированной территории, пока ему не удалось попасть к польским партизанам, оттуда он перебрался к белорусским партизанам в Брестскую область. Сохранилась справка о том, что Печерский находился в партизанском лагере. С частями Советской армии летом 1944 года Александр вернулся на родину.

Вот тут и выяснилось, что всё только началось. Сашко попал в фильтрационный лагерь, затем в штрафной батальон. В бою он был очень тяжело ранен и, возможно, это стало одной из причин, спасших его от лагерей после войны. Ему удалось кровью смыть свой позор пребывания в плену. Ни о каком звании героя Советского Союза речь вообще не шла. Находясь в госпитале, Печерский познакомился со второй своей фронтовой подругой, нынешней вдовой  –  Ольгой Ивановной. После войны оба приехали в Ростов. За свой счет Александр выпустил книгу карманного формата «Побег из Собибура». Первые несколько лет он проработал администратором в театре музыкальной комедии, но в 1948 году началась борьба с космополитизмом, направленная прежде всего против евреев.

А Печерский мало того, что еврей (проблема холокоста в нашей стране всегда замалчивалась, как будто её и не было вовсе), так ещё и в плену побывал! Только мировая известность спасла героя от пожизненного заключения или смерти. Однако органы госбезопасности не переставали следить за ним. Старшему брату Печерского повезло меньше: он попал в сталинские застенки, где покончил с собой. А Печерский пять лет, до самой смерти Сталина, не мог устроиться на работу и сидел на иждивении жены. И здесь тоже проявился масштаб этой уникальной личности. Преодолевая вынужденное бездействие, столь противное его натуре, он не только взял полностью на себя хозяйство, но и научился плести и вышивать крестиком. Остались потрясающие работы, выполненные руками Александра.

После смерти Сталина Печерский работал на машиностроительном заводе, поддерживал отношения с бывшими узниками. В 1983 году они праздновали 40-летие побега, на тот момент в живых осталось всего шесть человек. Теперь уже нет и тех. Гости приезжали к Александру в Союз. Сам  он был невыездным, его так и не выпустили жить в Израиль. В восьмидесятых годах события восстания были воссозданы в американском фильме «Побег из Собибора». В картине, снимавшейся в Голливуде, главные роли сыграли Рудгерд Хоуер – в роли Александра Печерского, Джоан Пакула – Люку. В конце фильма пояснялось: главный герой жив, он живёт в советском городе Ростов-на-Дону. Но именно в этом городе о нём ничего и не знали! Следы этого человека невозможно найти в экспозициях Краеведческого музея, неухоженная могила (вдова Печерского болеет и не в состоянии делать это) находится даже не на Аллее героев. Обидно, что человек с мировым именем неизвестен у себя на родине!

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments