Амирам Григоров (amiram_g) wrote,
Амирам Григоров
amiram_g

Categories:

Они спасли Францию от стыда

Golda (Olga) Bancic
Одна из тех немногих людей, спасших честь Франции, донельзя замаранной коллаборационизмом во Вторую мировую - Ольга Банчич, называвшаяся в советских учебниках "румынкой".
Ольга Банчич, входившая в состав боевой группы движения сопротивления в Париже, на самом деле, родилась в Кишинёве, под именем Голдэ Банчик.
В юности проникшись коммунистическими идеями, участвовала в борьбе с румынским режимом (Молдова в те годы, как и Буковина, была частью Румынии).
В конце 30-х уехала во Францию, где помогала испанским республиканцам. Во время оккупации Франции примкнула к группе подпольщиков, возглавляемой Борисом Голбаном. 
Банчик была арестована французской полицией на rue du Docteur Brousse и передана Гестапо.
Несмотря на пытки, Банчик отказалась назвать какие-либо имена и в феврале 1944 года на открытом судебном заседании, на которое были приглашены многие французские знаменитости, вместе с другими участниками группы была приговорена к смертной казни. Все мужчины из числа приговорённых были расстреляны на второй день в крепости Форт Мон-Валерьен близ Парижа. Банчик — единственная женщина среди участников группы — была переправлена в Штутгарт, где на тюремном дворе в день её рождения она была обезглавлена топором.
По пути в Германию, на казнь, в вагоне Банчик написала адресованное в Красный Крест прощальное письмо дочери, которую укрывала у себя французская семья, с припиской:
Уважаемая мадам! Я прошу вас быть столь любезной и передать это письмо после войны моей маленькой девочке Долорес Жакоб. Это последнее пожелание матери, которой осталось жить лишь двенадцать часов.

Выброшенный через вагонное окно клочок бумаги был найден крестьянами и опубликован после войны.

Моя любимая дочурка, моя сладкая крохотная любовь!
Твоя мама пишет это последнее письмо, моя любимая доченька; завтра в 6 утра, 10 мая, меня больше не будет.
Не плачь, моя любовь; твоя мама уже тоже не плачет. Я умираю со спокойной совестью и твёрдым убеждением, что завтра твоя жизнь и твоё будущее будут счастливей, чем у твоей мамы. Ты не будешь страдать. Гордись своей мамой, моя любовь. У меня всегда перед глазами твой образ.
Я буду верить, что ты увидишь своего папу, у меня есть надежда, что его постигнет иная судьба, нежели моя. Передай ему, что я всегда думала о нём, как я всегда думала о тебе. Я люблю вас обоих всем сердцем. Вы оба мне дороги. Моё милое дитя, твой папа теперь для тебя и твоя мама. Он тебя сильно любит. Ты не почувствуешь утрату матери. Моё милое дитя, я заканчиваю это письмо с надеждой, что ты будешь счастлива всю жизнь, с твоим папой, со всеми.
Целую тебя всем сердцем, много-много.
Прощай, моя любовь.
Твоя мама.

Борис Голбан. Настоящее имя его имя - Бурэх Брухман. Он родился в Подолии, на юго-западе Украины. В детстве он видел чудовищные погромы, устроенные петлюровцами, в которых погибли многие из его родни, и спасаясь, семья Брухманов бежала в оккупированную румынами Бессарабию, где и осела. Королевский режим Карла 2-го в те годы гарантировал хоть какую-то стабильность. Но в конце 20-х в Румынии началась реакция, сопровождавшаяся антисемитизмом. Брухман вступил в Компартию. Сигуранца, спецслужба румын, охотилась на коммунистов, и он уехал в либеральную Францию. Но Франция разделила участь всей Европы - невероятно быстрое поражение в войне и оккупация. Тут Бурэх Брухман исчез, а появился Борис Голбан, командир подполья. Благодаря уму и осторожности, он собрал внушительную боевую группу. В конце войны принимал участие в освобождении Парижа и казни провокатора, выдавшего боевую группу немцам. Борис Голбан дожил почти до нашего времени - Б-г дал ему долгую жизнь, одному, за всех.

В 1943 году Голбан был оставлен от руководства, по причине нежелания вести слишком опасные крупные акты, чего требовала Москва, а подполье возглавил возглавил Мишель Манушан.


Мишель Манушан (настоящее имя Мисаг Манушьян) руководил группой до самого конца (она и называлось "группой Манушана", став наиболее эффективной из всех подпольных организаций во Франции).
Он был уроженцем города Семсур в Западной Армении, (ныне это турецкий Адыяман). Отец Манушьяна был федаином - то есть повстанцем, воевавшим с турецкими войсками, осуществлявшими геноцид в отношении армянских жителей, и погиб. Мать умерла с голоду во время депортации, а сам Манушьян с братом были спасены французскими представителями Красного Креста и переправлены во Францию.
До войны Манушьян был поэтом, прославившимся переводом на армянский язык Рембо и Верлена, и на французский - Аветика Исаакяна.
Во время же немецкой оккупации Манушьян начал вести непримиримую террористическую борьбу в духе армянского повстанчества. После его назначения командиром началась охота за высокопоставленными немцами. Вскоре Йосефом Эпштейном был ликвидирован комендант Парижа фон Шамбург, и несколько видных членов СС. Готовилось даже покушение на Гитлера, который, якобы, планировал посетить Париж. Манушьян был казнён вместе с со своей группой - расстрелян в Париже. Вот они:
  • Селестино Альфонсо (Celestino Alfonso) — испанец;
  • Ольга Банчич (Olga Bancic) — молдавская еврейка;
  • Имре Бекеш Глас (Imre Békés Glasz) — венгерский еврей;
  • Йожеф Бочов (József Boczov) — венгерский еврей;
  • Вольф Вайсброт (Wolf Wajsbrot) — польский еврей;
  • Роберт Вичиц (Robert Witchitz) — француз польского происхождения;
  • Йонас Гедульдиг (Jonas Geduldig) — поляк;
  • Леон Голдберг (Léon Goldberg) — польский еврей;
  • Шломо Грживач (Szlama Grzywacz) — польский еврей;
  • Рино Делла Негра (Rino Della Negra) — итальянец;
  • Жорж Клоарек (Georges Cloarec) — француз;
  • Станислав Кубацкий (Stanislas Kubacki) — поляк;
  • Арпен Лавитян (Arpen Lavitian) — армянин;
  • Чезаре Луччарини (Cesare Luccarini) — итальянец;
  • Мисак Манушян (Missak Manouchian) — армянин;
  • Марсель Райман (Marcel Rayman) — польский еврей;
  • Рожер Руксель (Roger Rouxel) — француз;
  • Антонио Сальвадори (Antonio Salvadori) — итальянец;
  • Амадео Уссельо (Amadeo Usseglio) — итальянец;
  • Морис Фингерцвейг (Maurice Fingercwajg) — польский еврей;
  • Спартако Фонтано (Spartaco Fontano) — итальянец;
  • Вилли Шапиро (Willy Szapiro) — польский еврей;
  • Тамаш Элек (Tamás Elek) — венгерский еврей.


А в первые три года оккупации, когда у немцев было полно денег, и они их не жалели для умиротворения французов, Париж пел и плясал. Снимался ильм "Дети райка", кафешантаны, кинозалы и публичные дома были открыты и полны немецких офицеров в форме, функционировал Германский институт, где рулил философией "великий" Гадамер, криминальная полиция Парижа арестовывала евреев и передавала немцам, знаменитая парижская жёлтая пресса публиковала речи "великого фюрера", а молодой Фернандель исполнял куплеты на эстраде, веселя господ немцев своими потешными дёснами.
Кроме кучки людей, действительно иностранцев, переживших в своих странах погромы и знавших, как выглядит враг, никто ещё не вставал.
Эти люди были коммунистами. Сейчас, когда некоторые говорят, что это мол, всё равно, что фашисты, хочется сказать этим людям, среди которых попадаются даже и евреи: а с кем вы были бы тогда?


Subscribe

  • Немного о русско-турецком

    Валерия Олюнина: "По линии Россия-Армения-Турция-Азербайджан сложилась парадоксальная ситуация, дисбаланс, своего рода «ножницы».…

  • Ещё о провластной публицистике

    Кстати, "коммерсант" во время карабахской войны получил разнарядку, как и вся пропутинская пресса, "мочить" армян. И какая-то…

  • о провластной публицистике

    Итак, два направления отечественной провластной публицистики по вопросу союзничества России и Турции. Первое - шлюхачество и наташизм без…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 25 comments

  • Немного о русско-турецком

    Валерия Олюнина: "По линии Россия-Армения-Турция-Азербайджан сложилась парадоксальная ситуация, дисбаланс, своего рода «ножницы».…

  • Ещё о провластной публицистике

    Кстати, "коммерсант" во время карабахской войны получил разнарядку, как и вся пропутинская пресса, "мочить" армян. И какая-то…

  • о провластной публицистике

    Итак, два направления отечественной провластной публицистики по вопросу союзничества России и Турции. Первое - шлюхачество и наташизм без…