Амирам Григоров (amiram_g) wrote,
Амирам Григоров
amiram_g

Всё-таки наблюдение.

На первый митинг на Болотной ваш покорный слуга ходил. Невозможно постигнуть суть явления, если его не увидеть собственными глазами. И встретил там одну знакомую. Встреча была столь неожиданна, что я сначала решил, будто обознался. Но не обознался, то была она.

Эта дамочка, весьма миловидная, но, скажем так, склонная к полноте брюнетка, назовём её Х., живёт в тихом московском центре. У неё русская фамилия мужа, предки же её по одной линии родом из украинского местечка, где они когда-то назывались евреями, по другой – из славного города Тбилиси, где они назывались грузинами и армянами. Родители – советские средней руки инженер и журналист, два деда трудились в НКВД, всё, как положено у красной знати. Я знал, что Х. страдает агорафобией, и покидает свой дом близ Чистых Прудов крайне редко. Когда-то Х. окончила творческий ВУЗ, но, увы, великого творца из неё не вышло – психическое заболевание, вполне достоверное, тому причина, или же ещё что-то, мне о том неизвестно. Об искусстве же она говорит довольно бойко и много. Для человека, ни разу в жизни не работавшего, просто ни единого дня, Х., в общем, довольно типично тратит отпущенное время – что-то плетёт, что-то вяжет, ездит по заграницам, сидит со своим сыном, страдающим редким и вполне чудовищным наследственным заболеванием (что, безусловно, трагедия), меняет любовников, в основном – иностранцев, обожает поучить жизни собеседников, то занимается йогой, то сыроядением, отличается редчайшим, запредельным снобизмом. Для «простых» людей, живущих в стране, у Х. есть целый набор забавных терминов. Это и «плуги», и «чушкари», и даже «макаки», но чаще - просто "неудачники". Кроме того, Х. считает себя «русской православной», в церковь не ходя, поскольку болезнь мешает. Вообще слушать её порой довольно забавно, потому как язык у Х. преострый и злой до безобразия. И народа она чурается вполне нелицемерно. Сколько там ложно понимаемого аристократизма, а сколько – действительно болезни, в принципе и не скажешь. Поэтому я был поражён, увидев в толпе Х. – агорафобия ведь не насморк. Х. стояла в сопровождении своих приятелей, заметно, что ей было несколько не по себе, но она довольно бодро размахивала самодельным плакатиком, исполненным гражданского пафоса.

Я же подумал вот о чём. Я представил себе, сколько в этой толпе таких, как Х. Людей, по сути, абсолютно бесполезных. Может, милых, может, вызывающих сочувствие, таких, с кем можно содержательно потрындеть, а то и распить бутылочку, а может, таких же гнусных засранцев, как Х., но, по сути, никак не заинтересованных в том, чтобы наша страна – была. Чтобы страна – процветала. Чтобы у страны было будущее. Х., которая сносно владеет английским, могла бы с тем же успехом сидеть дома в любой стране мира. Отсутствие России на карте мира никак не повлечёт за собой автоматически проблем у Х.

И я поймал себя на ненависти. Я понял, что ненавижу Х. так, как ненавижу, например, погромщиков во Львове в 1941 году. Или как исламских экстремистов. Или как германских штурмовиков.
И что, скажите, делать теперь с этой ненавистью?

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments