Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

Памятка абитуриенту Литературного института имени Горького

Ну что, айда в Литинститут.

К российской пьяни, самой той же,

Там, вроде, барышень ебут

Но есть любители и тоньше.

Богема это ладно, пусть,

Она из детских вышла батлов.

Залив свою печаль и грусть

Ты возвращаешься обратно

Но даже с прошлым не борец,

Когда ты пьяный и неловкий

Ты знай - там есть один творец

Стишков, похожих на жировки,

Полубезумный шовинист

Заляпанный брехнёй, как жижей,

Болтун, повёрнутый на низ,

«Десантник», сроду не служивший.

Вернулся б Сталин - он стучать

Помчался бы во все лопатки.

Ведь не хватает сургуча

Когда в ширинке неполадки.

Он да, речист. Поверь, потом

Становится от басен тошно

Был большевик – теперь готов

Подлибераленный святоша,

Осатаневший от икон

Садовник графоманских плевел.

Короткорукий армехон,

Предавший собственное племя.

Литинститут зажёг огни

Ну что? Бухай, ходи налево

Но только задницу храни

Не стань «кавказской королевой»

«Кавказская королева», "королева Кавказа" - пассивный гомосексуалист, которого сажали в камеры к ворам грузинского и армянского происхождения.

Авигдор Эскин озвучил мои мысли.

"Печальный скандал вокруг известной московской школы перерос в антисемитскую вакханалию благодаря усилиям либералов, взывавших именно к национальной теме. Либералы осознанно разжигали антисемитизм на ровном месте, чтобы защитить извращенческое непотребство.
Будем предельно осторожны, ибо факт затяжного преступления группы педагогов покамест не доказан.
Нам следует увидеть другое, более важное. Независимо от того, чем закончится скандал, он олицетворяет конец еврейского присутствия в России.
Да, да. Эта школа олицетворяла еврейский талант в России. Лучшие мозги советского периода взлелеивались именно в таких элитарных спецшколах. А теперь эта школа будет схожим с Содомом символом: смотрите на соляной столб и помните, как делать не должно.
В советское время евреи были в числе лучших врачей, учителей, работников "средмаша", ученых и даже разведчиков. Так было когда-то. А сейчас? Бизнесмены и журналисты...
Это конец еврейской истории в России. Пора обратиться к своим корням и не мешать России развиваться свойственном ей имперском и национальном направлении".

Добавлю - есть и другое. В последние годы, преподавая в меде, я поразился нашествию еврейских студентов с Кавказа - махачкалинские, нальчикские, тбилисские, бакинские ребята - все хотят идти во врачи. У них горящие глаза, у них рвение и стремление к учёбе.
Так что еврейское присутствие в России не заканчивается, заканчивается ашкеназское.

Ой.

Как там они любят в одессе шутить?
"Менделевич всё".
Русский медведь сладко дрых, в упор не замечая, как шайка мерзких феджинов превратило школу для отпрысков красной знати в портовое заведение мадам Рабинович, и только когда зловоние стало не просто нестерпимым, а удушливым, медведь чихнул и воскрес.
Только бы не случилось так, что согнав менделевича, назначат давидовича, и на этом реформа закончится, а после того мишка снова отключится, огласив окрестности оглушительным храпом.

57-я, как фабрика болезни

После того, как либеральный блогер Кабанов расчленил свою супругу, либерального блогера, умело, по всем понятиям поварской науки, и крепко за это присел, речи о том, что интеллигенция, верней, либеральная творческая образованщина - скопише растленных тварей, человекообразных животных, быстро пошли на спад.
Вскоре хоровое пение либералов, превозносящих друг друга и обвиняющих косные массы, поддерживающие Путина, в неполноценности, заглушило всё и вся.
И вот бац - вскрылось.
И мы получили ответ на вопрос, как, вообще, воспроизводится либерасня. Как они обновляют свои паршивые ряды, как они "делаются". Это работают мааскофские центровые школы, прячущиеся в тихих переулочках, в которых с 20-х - 30-х годов окопалось краснознамённое местечко, давно и безнадёжно потерявшее своего Б-га.
57-я - это оказался не просто очаг заразы, который необходимо срочно санировать, скорее всего, это надводная часть айсберга, и нужно перетрясти все эти так называемые "элитные" заведения с двузначными номерами, которые по непонятно кем данному праву превратились, якобы, в места учёбы "талантливых дэтэй", а на деле - просто в закрытые заведения, куда отбор идёт по расовому и социальному признаку, вопреки законам о школе РФ.
Вообще, в совке была чёткая и омерзительная евгеническая квазирелигия - тогда неустанно трещали о "вундеркиндах" и априорных талантах, при этом не забывая выделять и так называемых "дефективных", то есть практиковали расслоение, прямо на стартовой площадке так называемого ленинского общества равных.
Отсюда, прямо отсюда и растёт паршивая спесь местечковых образованцев, которой мы все в последние годы нахлебались прямо по уши.
Среди российских школьников, выигрывавших олимпиады по физике и математике вовсе нет выпускников этих "математических школ" тихого центра Москвы, вы прямо-таки удивитесь. Вообще слава эта "математической школы" - она полувековой давности, и тянется, как шлейф, давно не имея реальных подтверждений.
Для меня же мерзопакостный скандал, где у всех фигурантов - развесистые идишские фамилии - маркер того, что галутное ашкеназское еврейство не просто безнадёжно больно - оно охвачено гниением, зловоние от которого шибает в нос.

Г-споди, какое же спасибо, что я родился восточным и на Востоке.

(no subject)

Всё началось с того, что прямо к дверям Манежа подрулил автомобиль представительского класса, и оттуда буквально выскочил - именно что выскочил, по другому не скажешь - посол Израиля Цви Хейфец.
Посол лёгкой походкой (видно, что он в отличной физической форме) стал обходить экспозицию, по пути пожимая руки людям у стендов, мы с Йосей двинулись следом. А там!
А там огромное пространство Манежа стало целой страной.


Collapse )

О нацвопросе, толерантности и критикессе Вежлян.

Ничего лучше не прочищает мозги русскому и условно русскому человеку, чем нахождение среди чужих и враждебно настроенных. Тут с него слетает сразу всё - и туповатое, разваленное барство, и фальшивая терпимость, взращенная надменным имперством, и от неограниченного радушия возникающее желание польстить этим самым чужим, сделать им приятно в ущерб себе. Русскому легче, скорее, единокровного своего начальника обхаять, чем чужих, тех же лучше просто так, без выгоды для себя, похвалить, сахарку им подсыпать, так сказать. С надеждой на взаимность, неочевидную, в общем-то. Имперство, следует заметить, глупым бывает, непрагматичным и убыточным, так открытый холодильник делается просто-напросто нагревателем. У англичан, выходцев со скромного по масштабам острова, имперство практично, у русских же оно традиционно с исчезающе малым КПД.
Это - следствие огромных площадей, занимаемых собственно Россией, и обильности, когда соболей некуда девать, это просто свойство, вытекающее из ландшафта, как у полинезийцев, которые живут в лодках и на островах - неумение бегать и лишний вес. Очень многие этим свойством русского человека пользуются почем зря.
Лечится это только одним - нахождением в меньшинстве, среди чужих. Тут сразу слезет эта оболочка, сразу обнажится суть - так рассыпавшиеся иллюзии придают витальности. Есть и жёсткие формы такого рассеивания вековой фата-морганы - армия позднего совка и в 90-е, от более-менее продуктивного варианта, когда спали с заточенными отвёртками и в толчок ходили сплочённой оравой, до совсем непродуктивного, это когда "дагестан" зубной пастой на головах. Есть формы и помягче.
Пример был у покорного слуги - коллега. Либеральный русский преподаватель. Такой немолодой уже бард бардович и поход походович.
Сразу скажу, что человек этот был мне симпатичен (и есть), и не дурак, вроде, мы с ним общались, даже выпивали разок, опять же, блестяще знал предмет, ну, или крепко знал, так правильнее. Но совершенно был непробиваемый толераст. Мы во взглядах не совпадали. Нравилось ему, скажем, то, что мне казалось отвратительным, и наоборот.
Скажем, говорил он утром перед лекцией: ах, если б вы знали, какое я получаю удовольствие, когда Козаков читает Бродского! А я:
- А меня тошнит от Козакова! И в последние годы от Бродского тоже!
Или:
- Был я на спектакле "жиды города Питера"! Как там блистал Дуров! А я:
- Гадкая жмеринская порнуха эти "жиды города Питера", а по Дурову плачет эвтаназия!
Он тут качал головой и смотрел на меня несколько удивлённо. Речь если заходила о Кавказе, он начинал вдохновенно рассказывать, как в шестьдесят лохматом он с "ленинградскими альпинистами" был на Домбае и что "кавказцы все чудесные".
Меня он считал странным, но интересным явлением природы. Евреем-самоненавистником (проклятья в адрес шендеровича или эвакуирующего Газу Шарона он счёл признаком самоненависти). Но, как истый благодушный имперец, ценил меня и таким. После цхинвальского кризиса он меня начал серьёзно раздражать - пел он песенку грицмана и херсонского, практически без корректив. Ну, в общем, тут сменился ректор, и новый, провинциальный делец откуда-то из Поволжья, набрал побольше платных студентов, это были аульные азербайджанцы в спортивных костюмах, узбецкие и таджицкие дети начальников, (не путать с гастарбайтерами, это совсем другие), и, плюс ко всему, арапы из Арапии.
Так образовались пресловутые, тихонько преподами, да и другими студентами так именуемые, "зверские группы" лечфака. Было их две. Одну вёл я. Дрессировал попросту. Орал, как резаный, крича то по-тюркски, то на фарси "иди сюда" и "заткнись". (Язык Ирана и Турана ты знал, поэт, от дастархана). Выходил, как шахтёр из забоя. Вторую - некая старушенция глупая и коррумпированная, как дон коза ностры, (уж без имён), вела. Захожу в учительскую на перерыве кофе пить, вижу там нашего друга, и говорю:
- Ох, уж эти чушки, они точно не люди, явно там иные хромосомы!
- Не смейте так говорить, вы говорите, как фашист!
Ну ладно. Старушка вскоре вести отказалась, и вторую группу стал вести наш интеллигент, (закидывали они удочку насчёт передать мне, но я не взял, не дурак же я круглый, в самом деле). И пошёл он вести, в своих золотых очках и ромбиком ВУЗа на лацкане. А там наши "кортоцка отур, гардащ", плюс полный набор с гор северного Кавказа, Фергана, плюс китайские уйгуры, карлики, которым как нехер делать было во время лекции начать делать намаз, те уже в качестве вишенок на торте. А там они просто не замечали преподавателя. То есть, что он есть, что его нет. Орали по-своему, ходили по аудитории, курили - в общем. им было на всё насрать - платный факультет. В общем, на первом семинаре у нашего интеллигента давление взлетело. Мерю я ему, он бледный, потный, и говорит мне тихонечко, озираясь:
- Вы правы, они не люди! Г-споди, это не люди!
Вышибло таки пробку. Пронесло.

Ещё немного о тупой терпимости. Такой вот образованской мозжечковой толерантности. Для меня это была и есть карикатура. Помните из "Мимино" момент, когда Мизандари и Хачикян танцуют лезгинку, и вдруг выходит некая девушка, с пафосом исполнять женскую партию? В Баку все, по обыкновению, начинали тут хохотать, поскольку тип это очень узнаваемый. Советские образованцы все были в культурном смысле бездомны, они родины-то, по большому счёту, не имели, и не знали, куда им приткнуться. Они оттого и Кавказом очаровывались, всей этой, в первую голову, напускной романтикой застолья, лезгинкой, всем, что лежало сверху, (Кавказ, на самом-то деле, глубокий, но копнуть они не желали, им было не до того, хотели бы копать, у себя начали бы с этого). Чем только они не бредили! И Прибалтикой, и Львовом, терпеливо снося шипение тамошних недобитых полицаев в ответ на русскую речь, и Домбаем, и битлами, и Бричмуллой, и стариной Хэмом в свитере! Как только эти бесприютность и неприкаянность советского человека, русско-еврейского франкенштейна, гомункулюса из реторты, не выражались! В какие мотания по просторам не выливались! В какие сказочные по пошлости формы, типа авторской песни, не конвертировались! Но никогда ничем большим, чем карикатура, не становились, и это был приговор им, жертвам бесчеловечного эксперимента, затеянного без их ведома!
Однажды я видел такое. Уже сейчас. Реминисценцию, так сказать.
Был вечер в Чеховке литературный. Узбекских поэтов. Точнее, ташкентских. Муратханова Вадима, Янышева и ещё одного, самого чёрного и единственного из всех похожего на азиата, по имени Субхат Афлатуни. Этот последний оказался, естественно, евреем и православным. Ребята хорошие, одарённые, но стихи... Я похвалил тогда, но чуть челюсти не сломал, помнится, чтоб не зевнуть прилюдно - стихи нарочито аккуратные, и оттого смотрелись, как ученические, "аккуратностию с письмом обращения, с головою инородца (немца) изобличающие" , русский человек, даже графоман, пишет привольнее и живее. Но речь не о них сейчас - речь о другом. В зале, среди пишущих людей, восседало немало особо толерантных особ, в том числе критикесса Евгения Вежлян, карлица в сильных очках, и речи произносимые крутились вокруг того, что "какое чудо, что сейчас, в ташкенте продолжают писать по-русски" и прочая звучала интеллигентская пошлая брехня. Показали фильм об "основателе Ташкентской поэтической школы". Основатель, Александр Файнберг, оказался колоритным дядечкой с осанкой рецидивиста, но стихи, опять-таки, были не фонтан.
В конце же был дастархан - принесли котёл плова (из узбецкого ресторана) и, рассыпая на пол, стоя ели его из гнущихся пластиковых тарелок, пили какое-то вино из пластиковых же стаканов, и, в конце, пришёл дядька-музыкант в халате и начал наигрывать на национальной продолговатой балалайке. Это были танцы. Заслышав звуки, карлица Вежлян пришла в неистовство, словно кот под валерьянкой - она засеменила своими нижними конечностями, напоминающими ножки рояля, задрала короткие ручки (её руки я как-то разглядывал с таким жарким интересом, что досужий наблюдатель решил бы, что это взгляд влюблённого, шутка ли, запястья там крепятся прямо к плечу, минуя предплечье), затем сделала лицо, как у вакханки, выскочила на середину зала и принялась изображать там пресловутую хулу - танец гавайских людоедов.
Поэт П., стоявший рядом, сказал тихонько: ой, блять, вот это ж пиздец! Быстрей пошли отсюда!
И мы пошли.

Давайдасвиданья

Биолог Илья Колмановский лишился должности учителя из-за участия в пикете против
запрета гей-пропаганды. О своем увольнении из лицея «Вторая школа» Колмановский,
который является также блогером и журналистом, написал в статье на сайте «Радио Свобода».
Задержание участников пикета против принятия закона о пропаганде гомосексуализма

http://www.lenta.ru/news/2013/01/28/kolmanovsky/
Мир большой, Илуша. На России свет клином не сошёлся. А попиздовал бы ты отсюда.
Вместе с Ловой Рубинштейном. Есть, например, хорошая страна Канада.
А мы как-нибудь своими силами с биологией разберёмся.

О студентах

Удивительно, насколько хорошо учатся девушки из Чечни. Из моих четырёх отличников со всех курсов - две чеченки.

А вот молодые люди учатся средне, мягко говоря. Это потому, что девушки ведут себя скромно, и никаких дел, кроме учёбы. А вот у студентов, видимо, ещё есть дела. Некие. Один пришёл на зачёт с фонарём под глазом, причём, судя по всему, пытался замазать его тональным кремом)

И должен признать - все вежливые. Чеченцы вообще умеют себя вести. Они спокойные и улыбчивые люди. 

Вспоминаю последний год преподавания в ММА им Сеченова, когда новый ректор, дебил Глыбочко, набрал группу азербайджанцев (у Глыбочки вообще роман с Султанатом, там периодически приезжает Бюлюбюль оглы, была даже жена Алиева, и на все эти встречи арендуется главный зал академии, с пахлавой и хурмой, а также, наверное, с танцем живота), ну так вот, азербайджанские студенты очень плохо соображают, абсолютно не учатся, причём оба пола, тут не угадаешь, кто хуже соображает, но все абсолютно вести себя не умеют, не въезжают в русский язык, громко разговаривают по тюркски, думая, что их никто не понимает (о, наивные!). Половина приходила в тренировочных костюмах в цвета азербайджанского флага.
Я отказался вести так называемую среди преподов зверогруппу (я по себя назвал её чушкогруппой, но просто слово "чушка" никто, кроме бакинцев, не понимает) - сказал, что раз Глыбочко взял у них деньги, то пусть сам и ведёт у зверинца - а я не зверопсихолог, я веду предмет, и педагогике не обучен ни в какой степени.

Не могу не спросить у почтеннейшей публики




Кого имеет в виду этот ашкеназский христианин, когда пишет: "нас", "мы"?

1) русских унтерментшей. Но, как тут быть, ведь образованый из хорошей маскофской семьи интеллигентов Лёва не русский унтерментш?
2) всех россиян. Но, как тут быть, если нерусские россияне с Кавказа спросят за эти слова с их автора?
3) евреев, к которым по рождению относится образованный из хорошей маскофской семьи интеллигентов Лёва, но как тут быть, неужели допущение, что евреи могут быть разобраны на органы не суть самое злобное из всех возможных в человеческом обществе? И, как тут быть, если восточные евреи России спросят за эти слова с их автора?

4) ашкеназских евреев, перешедших в православие, из центральной части города Москва, к которым по рождению относится образованый из хорошей маскофской семьи интеллигентов Лёва, но как тут быть?

А ПРИЗНАТЬ - ОН ПРАВ.
Хотя это, по мне, неописуемое разжигание национальной, религиозной и прочей розни, за которое надо сажать человека в страшную Тюрьму.